Одной из крупнейших технологических историй 2017 года стал взрыв информированности общественности о криптовалютах, подогреваемый искусственным ростом цен на две ведущие криптовалюты — биткоин и Ethereum. Многие информационные ресурсы по-прежнему ведут домыслы о том, являются ли эти цены пузырем, является ли их рост причиной разрушения традиционных валют, поддерживаемых государством, или же реальным поводом для роста такого спроса является необходимость обеспечения ликвидности для черных рынков.

Но ажиотаж вокруг биткоина затмевает тот факт, что блокчейн, технология, лежащая в основе криптовалют, является гораздо более обобщенной технологией, которая обладает потенциалом для революции гораздо больше, чем простые валютные рынки. Революционный потенциал блокчейна заключается в его способности безопасно осуществлять инвентаризацию, отслеживание, разделение и передачу богатства через Интернет. Вкратце, то, что Интернет раньше использовался в большинстве для социальных сетей и то что его разбодрила технология блокчейн — это действительно может быть возможностью истинного совместного использования экономики всеми пользователями интернета.

Концепция криптовалютного неравенства

От Китая до США, от Европы до Латинской Америки и независимо от политической системы, капитализм покорил мир. Высокий рост производительности труда привел к тому, что в период с 2003 по 2013 год, например, глобальный доход на душу населения удвоился. В результате мир быстро становится достаточно богатым.

Однако вопрос о том, как справедливо распределить все это богатство, остается нерешенным. Одной из самых больших проблем, стоящих перед современным высокотехнологичным, глобализованным капитализмом, является непрекращающийся рост неравенства и отсутствие устойчивой, хорошо оплачиваемой занятости, особенно для людей, не имеющих технических навыков. Глобализация повышает уровень среднего класса в Китае и Мексике, но взамен жертвуются рабочие места в Америке. Технологии до сих пор в основном усугубляли неравенство.

Приход искусственного интеллекта и роботов грозит обострением этих тенденций. В то время как этот второй машинный век обещает огромный рост производительности, в докладе Международного валютного фонда за 2016 год утверждается, что революция роботов может иметь «глубокие негативные последствия для равенства». При нашей нынешней политико-экономической конфигурации многие текущие рабочие места будут ликвидированы (по прогнозам McKinsey, треть всех текущих рабочих мест может исчезнуть), а выгоды от повышения производительности труда получат горстка компаний, которые их строят. Вопрос сводится к собственности: если капитал владеет роботами, даже если их использование повышает производительность труда, доходность пойдет в капитал; Рабочие (оставшиеся, помимо перемещенных лиц) будут потеряны. Даже если перемещенные лица найдут новые рабочие места, неравенство будет углубляться.

Идея разделяющей экономики до сих пор исходила от таких компаний, как Airbnb, Uber,  Lyft, и контролировалась частными корпорациями, поддерживаемыми венчурным капиталом. Когда сюда пришел блокчейн и криптовалюты, они предоставили технологический механизм для обеспечения совместного использования капитала между людьми. В своей основе технология блокчейн — это механизм безопасного отслеживания информации, например о собственности и транзакциях. Вместо хранения информации в центральном местоположении блокчейн делает несколько копий и распределяет их по всем узлам сети. Каждая транзакция распространяется по сети по существу с нулевой стоимостью и с полной прозрачностью.

Этот потенциал имеет глубокие последствия для создания подлинной общей экономики. Например, каждый новый робот в автономном парке транспортных средств может  частично принадлежит каждому члену сообщества, в котором он работает. Каждый раз, когда кто-то приобретал одно из транспортных средств, то доход не только отправлялся в частную компанию, его можно было распределить среди всех в общине.

Эта возможность делает блокчейн потенциально мощным ускорителем для обеспечения того, чтобы каждый мог владеть долей экономических выгод. Вместо того, чтобы пытаться компенсировать технологически управляемое перемещение рабочих мест, блокчейн позволяет решать проблему неравенства в корне, на стороне производства. Вместо того, чтобы ждать, когда неравенство войдет в какую-либо сферу жизни, а затем решать его с помощью универсального базового дохода, мы можем вместо этого реализовать идею всеобщего права на интеллектуальные и капитальные товары — универсальный базовый капитал.

Многое должно произойти в  политической сфере, чтобы это сработало. Но, делая возможным реализацию первоначальных утопических обещаний совместной экономики, мы бы позволили новым товарам в экономике частично принадлежать каждому члену сообщества. Использование блокчейна для создания такой распределенной, демократической структурной особенности могло бы дать всем свою долю в нашем роботизированном будущем, вместо углубления неравенства и разведения политических конфликтов.